Изъятие ребенка из семьи закон

Изъятие ребенка из семьи закон

Содержание

Законопроект об ограничении изъятия детей из семьи: как он будет работать

Изъятие ребенка из семьи закон

В начале июля в Государственную Думу был внесен пакет поправок, которые призваны ограничить внесудебный порядок изъятия детей из семьи.

Предлагаемые нормы направлены на обеспечение конституционных положений о защите семьи, создание условий для достойного воспитания детей в семье.

Сейчас над законопроектом работает профильный Комитет по государственному строительству и законодательству, рассмотреть его предполагается в осеннюю сессию.

В адрес редакции официального сайта ГД и социальных сетей поступают многочисленные вопросы с просьбой разъяснить положения законопроекта. Вместе с пресс-службой профильного комитета отвечаем на наиболее частые из них.

Угрозаребенку — что это значит и кто будет определять ее наличие?

Законопроект разработан в целях защиты семьи,создания условий для достойного воспитания детей в семье. Новые нормы направленына ограничение внесудебного порядка отобрания детей из семьи.

Предлагается передать вопрос отобранияребенка (при непосредственной угрозе его жизни или здоровью) из компетенцииорганов опеки и попечительства в компетенцию суда.

По поводу оснований для подачи заявления в суд об отобрании ребенка необходимо отметить следующее. Условия, в которыхнаходится ребенок, должны свидетельствовать о явной угрозе его жизни и здоровью.

То есть – о реальной возможностинаступления негативных последствий в виде смерти, причинения серьезного вреда егофизическому или психическому здоровью вследствие поведения родителей (одного из них) либо иных лиц, на попечении которых ребенок находится.

Речь, в частности,идет об отсутствии ухода за ребенком, отвечающего его физиологическимпотребностям в соответствии с возрастом и состоянием здоровья.

Например, высокаястепень физического истощения ребенка и непредоставление ему в течениедлительного времени воды, питания, отсутствие ухода за грудным ребенком либооставление его на длительное время одного, без присмотра. Реальная степеньопасности для ребенка должна определяться в каждом конкретном случае с учетомвозраста, состояния здоровья, а также иных обстоятельств его проживания.

По законопроектуорган опеки и попечительства или орган внутренних дел, получившие сообщение о нахождении ребенка в опасной ситуации, должны немедленно проверить эти обстоятельства.И, если по их мнению такая опасность действительно существует, то передать всенеобходимые доказательства в суд.

Суд в заседании с участием прокурора,родителей ребенка, самого ребенка (при возможности для него принять участие), а также при необходимости – иных заинтересованных лиц (родственников, психологови т. п.) решает вопрос о возможности или невозможности дальнейшего нахожденияребенка в данном месте.

Здесь важен индивидуальныйподход и оценка совокупности всех обстоятельств той или иной тяжелой ситуации.

Отметим, чтосейчас вопрос об отобрании ребенка из семьи относится к компетенции органовопеки. Основанием для этого нередко является отсутствие нужных или наличие просроченныхпродуктов питания в холодильнике, нехватка игрушек у ребенка, отсутствиеотдельной комнаты, громкий плач малыша, оставление малолетнего с бабушкой и дедушкой, наличие синяков на теле ребенка и т. п.

Немало примеров того, когдамалообеспеченные семьи обращались за денежной помощью в государственные и муниципальные органы, чем привлекали внимание органов опеки и попечительства, и становились жертвами применения статьи 77 Семейного кодекса, которая позволяет этиморганам немедленно изъять ребенка из семьи. Решение принимается имисамостоятельно.

А родственники потом могут оспаривать действия органов опеки в суде.

Ктои по каким признакам будет решать, что есть риск наступления смерти ребенка в течение нескольких часов?

Напомним, что основаниячасть норм законопроекта посвящена судебной процедуре отобрания ребенка. В основеэтих норм заложена идея – спасти ребенка. Мерыпо немедленному внесудебному отобранию носят чрезвычайный характер. Их применениевозможно только в исключительных случаях, не терпящих отлагательств.

Еслисмерть ребенка может наступить в течение нескольких часов, орган опеки и попечительства с участием прокурора и органа внутренних дел может произвестиотобрание. То есть процедура будет коллегиальной — помимо органа опеки будетприсутствовать и прокурор, и представитель органа внутренних дел.

В настоящее времявопросы немедленного отобрания ребенка решаются индивидуально органом опеки.Прокурор при этом лишь уведомляется об отобрании. Он не присутствует на месте и не может непосредственно оценить ситуацию, в которой находится ребенок.

К сожалению, при такой процедуре случается, что изъятие ребенка не имеет подсобой оснований реальной угрозы его жизни или здоровью, или более того, связаныс нежеланием оказать социальную поддержку многодетным семьям, семьям,нуждающимся в улучшении жилищных условий или оказавшихся в тяжелой жизненнойситуации.

Рисксмерти в течение нескольких часов — это сколько? Если есть риск смерти в течение нескольких дней — от недоедания, например — это подпадает под«несколько часов»?

Законопроектомпредполагается оперативная оценка ситуации, которая сложилась в каждойконкретной семье. Здесь важен индивидуальный подход и изучение совокупностивсех обстоятельств той или иной тяжелой ситуации.

Например, серьезноефизическое истощение малолетнего ребенка в течение длительного временинаходящегося без присмотра.

Конечно, сам по себе факт отсутствия продуктов в холодильнике не может быть таким обстоятельством, он должен быть оценен в совокупности с другими фактами.

Какродителям успеть подготовиться к суду, если его проводят в течение 24 часов?Как успеть найти подходящего адвоката за это время?

Прежде всего, надо понимать, что речь идето жизни ребенка. Степень социальной опасности ситуации высока. Поэтому предлагаютсятакие сроки.

Заявление об отобрании ребенкарассматривается в судебном заседании с обязательным участием представителя органа опеки и попечительства,прокурора, родителей, других заинтересованных лиц (психолога, педагога и др.) и самого ребенка.

При этом в суде будет решен вопрос не об ограничении родительских прав и всеми вытекающими из этого последствиями, а только вопрос факта – может ли ребенок в сложившейся ситуации безопасно находиться дома. Лишение илиограничение родительских прав – это другой вопрос, который будетрассматриваться в отдельном процессе. На это обращается особое внимание.

Родители вправе нанять адвоката. В этом имможет быть оказана необходимая помощь. Надо обратить внимание, что по действующей процедуре наличие адвоката не предполагается в принципе –немедленное отобрание происходит вообще без санкции суда.

К примеру, сокращенные срокипроцессуальных действий также предусмотрены в уголовном процессе — в отношении подозреваемого, задержанного при наличии явных следовсовершения преступления.

Почемусуд закрытый?

Разбирательствов закрытом судебном заседании должно обеспечивать неприкосновенность частной жизни граждан. Например,сейчас по ГПК РФ всегда в закрытых процессах рассматриваются дела, связанные с усыновлением (удочерением) ребенка.

Если бы заседание было публичным, то в зале могли быприсутствовать посторонние лица, т. е. публика или СМИ. А это может негативносказаться на состоянии ребенка, особенно если его психика и так былатравмирована опасной ситуацией. Кроме того, это может повлечьразглашение информации о частной жизни.

Какможно будет оспорить решение суда?

Решения могут бытьобжалованы в общем порядке – то есть в апелляции, кассации, и в порядкенадзора. Так, например, в соответствии со ст. 320.

1 ГПК РФ решение районного суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в верховный суд республики, краевой, областной суд, судгорода федерального значения, суд автономной области, суд автономного округа.

Жалобаподается в течение месяца со дня принятия решения судом первой инстанции.

Посколькусудебное разбирательство будет проходить с участием прокурора, он также сможет оспоритьрешение суда, если посчитает, что интересы ребенка не соблюдены. Таким образом,вариантов защиты в соответствии с законопроектом становится больше, а не меньше.

Правда ли, что законопроект сделает возможным срочное изъятие детей из семьи по любымпричинам?

Нет, наоборот, законопроект предусматривает существенноеограничение возможных злоупотреблений со стороны органов опеки и попечительства в вопросах изъятия детей из семьи, которые в настоящее время, к сожалению, нередки. В суде должны быть представлены и исследованы все доказательстваи обоснования того, что действительно существует непосредственная угроза жизни ребенка или его здоровью.

Сейчас же решения об изъятии принимаются органами опеки и попечительствасамостоятельно, по их усмотрению, без учета мненияродителей, прокурора, органа внутренних дел, психолога, иных заинтересованныхлиц.

Еслизаглянуть в отечественную историю, в семейном законодательстве СССР (Основызаконодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье 1968 года,Кодекс о браке и семье РСФСР 1969 года)былаустановлена именно судебная процедура отобрания детей, независимо от лишенияродительских прав – в случае, если ребенок находился в опасности. А в исключительных случаях — при непосредственной угрозе жизни и здоровью ребенка —орган опеки и попечительства мог самостоятельно принять решение о немедленномотобрании ребенка, лишь уведомив прокурора, и обратившись впоследствии в недельный срок с иском в суд о лишении родительских прав.

Похожуюпроцедуру предлагается закрепить сейчас, но еще больше ограничив усмотрениеопеки. Указывается, что немедленное отобрание ребенка органами опеки можетпроизводиться только при участиипрокурора и органа внутренних дел — при наличии оснований полагать, что смертьребенка может наступить в течение нескольких часов. То естькогда промедление можетпривести к неминуемой гибели ребенка.

Какбудут наказывать чиновников из органов опеки, превышающих свои полномочия?

Предлагаемые нормы уменьшают возможные«превышения» и злоупотребленияполномочиями. Нормы направлены на защиту прав ребенка. Если все‑таки чиновникинарушают закон, то на них распространяются все общие меры ответственности,предусмотренные законодательством. Они должны будут возместить вред,причиненный незаконными действиями, т.

 е. к ним будут применены меры гражданско-правовойответственности. Также дисциплинарная ответственность – вплоть до увольнения. Возможна и уголовная ответственность – за халатность в соответствии со ст. 293 УК РФ. Если же в результатенезаконных действий органов опеки ребенок погибнет, то наказание — лишениесвободы до пяти лет.

Источник: http://duma.gov.ru/news/49126/

Изъятие детей из семьи

Изъятие ребенка из семьи закон

Пленум Верховного Суда РФ 14 ноября 2017 г. принял постановление № 44, в котором разъяснил ряд вопросов, касающихся ограничения и лишения родительских прав, отмены такого ограничения и восстановления в родительских правах, а также отобрания ребенка у родителей и опекунов при непосредственной угрозе его жизни или здоровью.

Так, согласно ст. 77 Семейного кодекса РФ (СК РФ) при непосредственной угрозе жизни ребенка или его здоровью орган опеки и попечительства вправе немедленно отобрать ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении которых он находится.

Немедленное отобрание ребенка производится органом опеки и попечительства на основании соответствующего акта органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации либо акта главы муниципального образования в случае, если законом субъекта Российской Федерации органы местного самоуправления наделены полномочиями по опеке и попечительству в соответствии с федеральными законами.

Верховный суд РФ (ВС РФ) в своем постановлении от 14 ноября 2017 г. пояснил, что может считаться непосредственной угрозой жизни или здоровью ребенка, являющейся основанием для немедленного отобрания ребенка у родителей (одного из них) или у других лиц, на попечении которых он находится.

Такой угрозой может считаться ситуация, с очевидностью свидетельствующая о реальной возможности наступления негативных последствий в виде смерти, причинения вреда физическому или психическому здоровью ребенка вследствие поведения (в том числе и бездействия) родителей либо опекунов.

Например: непредоставление малолетнему ребенку воды, питания, крова, неосуществление ухода за грудным ребенком либо оставление его на длительное время без присмотра.

При этом тяжелое материальное положение семьи само по себе не является достаточным основанием для отобрания детей у родителей на основании ст 77 СК РФ, если родители добросовестно исполняют свои обязанности по воспитанию детей, заботятся о них, создают необходимые условия для развития детей в соответствии с материальными и финансовыми возможностями семьи.

Также пояснено, что указанная мера носит чрезвычайный характер, ее применение возможно лишь на основании соответствующего акта органа исполнительной власти субъекта РФ либо главы муниципального образования.

Статья 69 СК РФ содержит исчерпывающий перечень оснований для лишения родителей (одного из них) родительских прав. Пленум ВС РФ дал подробные разъяснения, касающиеся этих оснований.

В частности, отмечено, что лишение родительских прав применяется судом только за виновное поведение родителей по основаниям, указанным в ст. 69 СК РФ.

Лишение родительских прав допускается в случае, когда защитить права и интересы детей иным образом не представляется возможным.

В отношении такого основания, как «уклонение от выполнения обязанностей родителей, в том числе при злостном уклонении от уплаты алиментов», ВС РФ пояснил, в чем может заключаться уклонение от выполнения родительских обязанностей, какие обстоятельства свидетельствуют о злостном характере уклонения от уплаты алиментов. В качестве примеров таких обстоятельств названы: сокрытие родителем действительного размера заработка, сокрытие своего места нахождения.

Разъяснено, что понимать под злоупотреблением родительскими правами, также являющимся основанием для лишения родительских прав.

По мнению ВС РФ, злоупотреблением следует считать, например, создание препятствий к получению детьми общего образования, вовлечение в занятие азартными играми, склонение к бродяжничеству, попрошайничеству, воровству, проституции, употреблению алкогольной продукции, наркотических средств или психотропных веществ, потенциально опасных психоактивных веществ или одурманивающих веществ, вовлечение в деятельность запрещенных организаций.

При этом не могут быть лишены родительских прав лица, не выполняющие свои родительские обязанности из-за стечения тяжелых обстоятельств и по другим причинам, от них не зависящим (например, психического расстройства или иного хронического заболевания, за исключением лиц, страдающих хроническим алкоголизмом или наркоманией). В этом случае суд может вынести решение об ограничении родительских прав, если оставление ребенка у родителей опасно для него.

Отмечено, что ограничение или лишение родительских прав не освобождает родителя от обязанности содержать своего ребенка. Поэтому при рассмотрении дела об ограничении или о лишении родительских прав суд решает также и вопрос о взыскании алиментов на ребенка. При этом не имеет значения, предъявлен ли такой иск.

Таким образом, в Российской Федерации должны создаваться условия для обеспечения соблюдения прав и законных интересов ребенка в семье, своевременного выявления их нарушений и организации профилактической помощи семье и ребенку, обеспечения адресной поддержки нуждающихся в ней семей с детьми. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Источник: https://27.xn--b1aew.xn--p1ai/Pravovoe_informirovanie/Pravovaja_pomoshh_detjam/%D0%B8%D0%B7%D1%8A%D1%8F%D1%82%D0%B8%D0%B5-%D0%B4%D0%B5%D1%82%D0%B5%D0%B9-%D0%B8%D0%B7-%D1%81%D0%B5%D0%BC%D1%8C%D0%B8

В госдуму внесли законопроект, по которому опека не сможет забирать детей из семей без решения суда. но может стать только хуже

Изъятие ребенка из семьи закон

Совет Госдумы 14 июля одобрил пакет законопроектов, который вносит изменения в Семейный кодекс РФ. Среди них — проект, ограничивающий изъятие детей изсемьи без решения суда. Сейчас есть способы сделать это внесудебно — по решению органов местного самоуправления или акта о безнадзорности, составленного полицией. 

Руководители благотворительных организаций, работающих с проблемой сиротства, рассказали ТД, как в России сейчас происходит процедура изъятия детей из семей и почему новый законопроект не только не решит существующие проблемы, но и может усугубить ситуацию.

Перед началом рассмотрения по существу иска органов опеки об ограничении прав родителей Антон Новодережкин / ТАСС

Замаскированное изъятие

Регламентирует изъятие детей из семей в России статья 77 Семейного кодекса (отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни или здоровью).

 Согласно ей, социальные работники могут изъять детей без решения суда, если получат подписанный акт от органов исполнительной власти или главы муниципалитета.

Но специалисты из НКО указывают, что органы опеки пользуются и другими методами для отбирания детей из семей.

По словам руководителя благотворительной организации «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елены Альшанской, изъятий по 77-й статье немного, опека часто обходит ее, потому что работать по ней сложно: нужно уведомить об этом прокуратуру и за семь дней собрать в суд пакет документов, чтобы лишить родителей прав или ограничить в них. То есть если опека отобрала ребенка, она обязана лишить родителей прав или ограничить их. Отсюда еще одна причина — органам опеки бывает сложно оценить ситуацию на месте. 

«Сотрудники приходят [домой к семье] и объективно понимают, что не могут за один визит, который длится иногда 20 минут, ну даже если несколько часов, принять решение, действительно ли нет альтернатив и нужно будет потом лишать прав или ограничивать в правах родителей», — говорит Альшанская.

Поэтому органы опеки и попечительства часто используют другие механизмы вместо отбирания. Например, приходят к семье с полицией. И, если принять однозначное решение не получается, полиция составляет акт о выявлении безнадзорного. «Хотя эта ситуация, мягко говоря, на грани фола, потому что никакого безнадзорного при наличии родителей не может быть», — замечает Альшанская.

Также, говорит Елена, повсеместно встречаются случаи, когда родителей вынуждают написать заявление о добровольном размещении ребенка в приюте.

 Ее слова подтверждает директор оренбургского благотворительного фонда «Сохраняя жизнь» Анна Межова.

Фактически перед родителями ставят выбор, объясняет она: либо они подписывают бумаги о добровольном размещении детей в приюте, либо начнется процедура по изъятию детей и лишению родительских прав.

«По факту это не добровольное обращение семей за помощью к государству, а изъятие, оформленное как неизъятие. Это вызывает у людей протест. Надо называть вещи своими именами», — говорит Межова.

Она также указывает на опасность подобных действий опеки в случаях, когда ребенка действительно необходимо забрать из семьи из-за реальной угрозы его жизни и здоровью. «Возьмем, допустим, пьющих родителей, которые жестоко обращаются с ребенком.

Опека их сегодня уговорит отдать ребенка в приют, а завтра они заберут его обратно и изобьют в пьяной драке», — приводит пример она.

В итоге, заключила Альшанская, отбираний детей из семей на основании 77-й статьи не так уж и много. А изъятий, которые проходят по документам как выявление безнадзорного или добровольное размещение в приюте, «полно». «Но именно потому, что они не выглядят как отбирания, мы не можем подсчитать, сколько их на самом деле», — комментирует эксперт.

Нет понятийного аппарата

Даже если отбирание детей происходит по 77-й статье, говорят эксперты, часто оно нарушает права ребенка и не учитывает его интересы.

Проблема в первую очередь в отсутствии понятийного аппарата, говорит исполнительный директор фонда «Измени одну жизнь» Яна Леонова.

В законе, объясняет она, прописывается только то, что опека может усмотреть угрозу для жизни ребенка и принять решение о его изъятии из семьи.

«Но что такое принятие решения в интересах ребенка? Как именно должно выглядеть уклонение от выполнение родительских обязанностей или злоупотребление родительскими правами? Что такое непосредственная угроза жизни и здоровью? Каким образом надо определять, что ребенку грозит смерть в течение конкретного времени? Где эти процедуры, которые позволят определять такие категории? Их нет», — говорит Леонова. 

По словам Леоновой, пока эти процедуры не прописаны, специалисты органов опеки и попечительства зачастую ориентируются на свои представления и личный опыт.

«Плохой достаток, необычный быт, старенькая одежда, плохая успеваемость и поведение ребенка в школе не могут быть основанием для отбирания ребенка. Это является основанием для исследования ситуации и создания плана помощи семье.

К сожалению, мне известны случаи, когда органы опеки не реагируют на тревожные сигналы, потому что “дом красивый, на кухне чисто, дети одеты нормально”», — комментирует собеседница ТД.

Нет социальной поддержки семей

Все опрошенные эксперты сошлись во мнении, что действующее законодательство работает однонаправленно — на изъятие детей, а не на профилактику семей, столкнувшихся с трудностями.

«Если опека приняла решение об отбирании ребенка по какой бы то ни было причине, она будет подавать в суд на ограничение или лишение прав родителей, потому что того требует закон. Это не выбор опеки, не индивидуальное рассмотрение каждой ситуации, это просто формальная обязанность», — высказалась Альшанская.

Сама процедура отбирания весьма жестокая, беспощадная и к матери, и к детям, считает Леонова. По ее мнению, даже если ситуация была угрожающей жизни и здоровью детей, ребенок имеет право на объяснения, куда и почему он уезжает, почему это произошло.

«И в острых ситуациях, когда взрослые в семье ведут себя неадекватно и представляют угрозу не только для ребенка, но и для специалистов, ребенок заслуживает очень деликатного объяснения и разговора в спокойной обстановке.

Нашумевшие истории отбирания всегда выглядят одинаково: там бьются взрослые со взрослыми, а на детей не обращают внимания», — рассказала Леонова. 

В идеальном варианте, говорит она, процедура изъятия должна проходить в максимально щадящей обстановке. Ребенку нужно объяснить все происходящее максимально понятно и деликатно. «Первое, что должен сделать специалист, — связаться с родственниками или близкими семьи, чтобы ребенок мог провести какое-то время со знакомыми людьми», — сказала Леонова.

Поможет ли новый законопроект решить проблемы?

«Многолетняя практика применения статьи 77 Семейного кодекса РФ нередко свидетельствует о произвольном вмешательстве органов власти в дела семьи, от чего страдают как дети, так и родители (усыновители, опекуны)», — говорится в пояснительной записке к законопроекту. По предложению его авторов дела об изъятии детей при угрозе их жизни и здоровью должны рассматриваться судом в ускоренном режиме — в течение 24 часов с момента поступления заявления от органов опеки или от полиции. Заседания будут проходить в закрытом режиме.

Альшанская поддержала идею судебного подтверждения изъятия детей, но отдельно подчеркнула, что в новом законопроекте остался неизменным семидневный срок, за который органы опеки должны подготовить документы к судебному заседанию.

По ее мнению, этого недостаточно, чтобы собрать исчерпывающую информацию и провести полноценное социальное расследование о семье.

 «То есть это опять однонаправленное движение на вывод ребенка из семьи, без варианта работать на возвращение, оказывать помощь и вообще объективно принимать решение в нормальный срок, разобравшись в ситуации», — прокомментировала она. 

«Судебное решение об отбирании детей — это мировая практика. Только основывается это решение на очень объемном исследовании ситуации специалистами. Пока у нас нет такой картины, суд, вероятно, будет принимать решение, исходя из своего представления о том, как все должно быть», — поддерживает Альшанскую Леонова.

Она также считает, что авторы законопроекта пытаются некомплексно решить многогранный вопрос: в нем по-прежнему не прописаны особые компетенции представителей полиции, специалистов органов опеки и попечительства, нет алгоритмов изъятия и возможного перечня оснований, не предложена система помощи семье, которая находится в сложной ситуации.

Новый законопроект не изменит ситуацию кардинально, считает Межова. Все будет работать точно так же, «только окончательное решение останется за судами», говорит она. Межова указала, что без хорошего адвоката семьи просто не смогут самостоятельно собрать доказательства того, что «они не такие уж безнадежные». А найти хорошего специалиста в короткий срок невозможно.

«Будет только хуже. Сейчас-то оспаривать решения администраций удается с большим трудом. А когда это будет в виде решений судов, то станет намного сложнее.

В случае изъятия ребенка из семьи это [решение суда] будет ставить практически крест на его возвращении.

Нам нужны не популистские, быстрые решения, которые защитят больше опеку и государство, а взвешенная и продуманная система, которая работала бы на восстановление кровных семей, на раннюю помощь и профилактику кризисных семей», — заключила Межова.

Что необходимо изменить?

Нужно выстроить систему, которая будет тактично и аккуратно разбирать все жалобы, «чтобы органы опеки, с одной стороны, серьезно относились к сигналам о жестоком обращении с ребенком, а с другой — не забирали ребенка во всех ситуациях, которые показались им неправильными, странными», —считает Альшанская. Она добавляет, что причиной отбирания ребенка должно стать только жестокое обращение, насилие со стороны родителей. Неблагоприятные условия жизни или низкий достаток семьи — это сигнал о том, что она нуждается в социальной поддержке.

«Любое вторжение в семью — это сильнейший стресс для всех сторон процесса, — говорит Леонова. — Минимизировать его — одна из основных задач специалистов, которые приходят. В идеальной картине в семью может входить человек, обладающий особыми навыками, компетенциями и полномочиями, который действительно намерен помочь ей справиться с трудностями». 

По мнению Межовой, должен быть определен порядок не только изъятия детей из семей, но и план работы с семьей. Она указывает: семья не сразу становится кризисной и чем раньше начать с ней работу, тем лучше.

«Закон не должен быть однобоким, говорящим только о порядке изъятия. Для нас главное — не изъять детей, а чтобы такие случаи были редкостью и исключением. Нужен большой закон об опеке и попечительстве, который включит в себя все нюансы работы», — заключает Межова.

Источник: https://takiedela.ru/news/2020/07/16/deti-opeka-sud/

За что могут забрать ребенка органы опеки: причины, порядок, последствия

Изъятие ребенка из семьи закон

Дети — будущее страны, забота о них одна из приоритетных задач Российский Федерации. Но не каждый родитель учитывает предписания и воспитанию детей, предусмотренные законом.

Новоиспеченные «воспитатели» устанавливают нормы поведения и ответственности в своей ячейке общества, зачастую, опираясь на личный опыт.

Сложившаяся практика детского воспитания, несоответствующая государственной семейной политике, может повлиять на решение органов опеки забрать ребенка из семьи.

За что органы опеки могут забрать ребенка из семьи

Руководствуясь кодексом Российской Федерации (статьей N 77), единственной весомой причиной безотлагательного изъятия детей из семьи органами опеки является угроза их жизни и здоровью. Но есть и другие действия или бездействия законных представителей, которые являются поводом отобрать несовершеннолетних иждивенцев.

Основаниями для изъятия считают:

  • привязанность у ответственных лиц к спиртному или же наркотикам;
  • совершение насильственных действий родственниками в отношении несовершеннолетнего;
  • эксплуатация детского труда;
  • непосещение молочной кухни;
  • аморальное поведение взрослых;
  • частый и громкий плач деток;
  • нарушение техники безопасности при вовлечении своих чад в бытовой процесс;
  • нехватка игрушек;
  • антисанитарные условия проживания;
  • не надлежащее состояние спального и рабочего места;
  • не своевременное прохождение врачей в детской поликлинике;
  • отсутствие нужных или наличие просроченных продуктов;
  • поступление жалоб, в том числе анонимных.

Проверки от органов опеки

Проверка состоит из ряда процедур:

  • обследование места проживания, при непосредственном посещении дома;
  • беседа с законными представителями, учителями школьников, соседями и т.п.;
  • проверка источников дохода;
  • медицинское обследование здоровья подопечных;
  • оценивают психологическое состояние объектов проверки.

Так же учитывают мнение учителей учебных заведений, где учатся подопечные, соседей.

Подвергаются проверке лица, принявшие опеку над несовершеннолетними детьми, а также биологические родители. Фактически, каждое семейство может стать объектом обследования, достаточно «сигнала» со школы или от соседей.

Внезапные проверки, позволяют объективно оценить условия содержания малюток, особенно когда они еще не посещают садик или школу.

Как себя вести, когда сотрудники опеки в квартире

Главное не паникуйте, сохраняйте спокойствие и уверенность, старайтесь быть доброжелательными. Если к Вам пришли «незваные гости», не спешите открывать дверь, это не безопасно. Для начала уточните Ф.И.О.

, должность и цель визита представителя. Теперь нужно убедиться, что именно Вам назначили проверку. Точную информацию можно узнать по телефону. Только после подтверждения информации, стоит впустить визитеров в дом.

Если сотрудники не имеют соответствующих документальных полномочий (решения суда или акт принудительного изъятия), обязать Вас подчиниться они не имеют полномочий. Решать Вам, но отказ усугубит ситуацию, когда они вернутся с официальной бумагой.

На что обращает внимание опека

  • требует ли квартира ремонта или его наличие;
  • чистота в квартире;
  • внешний вид членов семьи;
  • наличие спальных мест для каждого в доме;
  • содержимое холодильника (свежесть продуктов, горячие блюда, детское питание);
  • присутствие домашних животных и насекомых;
  • в помещении неприятный запах (затхлость, гниение, сырость и т.п.);
  • физическое и моральное состояние малышей;
  • наличие признаков распития алкоголя или других вредных веществ;
  • манера общения между близкими;
  • необходимость в госпитализации или медикаментах (в случае болезни).

Посетив семью лично, сотрудники должны убедиться, что малышам, проживающим с Вами, созданы надлежащие условия и нет риска для его жизни и здоровья.

Если ребенка решили забрать

Без акта об изъятии или же решения суда принудительно отнять отпрысков не имеют права. Не подписывайте заявление на добровольную передачу детей, если не согласны. Поскольку доказать факт угрозы жизни или здоровью не просто. Добровольный отказ от исполнения материнских обязанностей судом будет расцениваться как равнодушие, не возможность обеспечения достойного уровня проживания с Вами.

Порядок изъятия ребенка из семьи

Действия попечительских комиссий происходят по определенной схеме:

  • поступает сигнал или жалоба от добропорядочных граждан;
  • проводят проверку, соблюдая законодательные предписания;
  • выявив незначительные нарушения, делают предупреждение нерадивым матери или отцу;
  • при выявлении соответствующих серьезных нарушений происходит изъятие несовершеннолетних под присмотр государства;
  • следуя предписанию закона, дети помещаются в государственные воспитательные учреждения «детские дома» или отдаются под временную опеку близким людям, имеющим право на уход и воспитание ребенка.

Если Ваше чадо забрали, Вы имеете возможность оспорить заключения муниципальных структур в законном порядке.

Передача детей органам опеки

Передача воспитанников происходит принудительно либо по согласию родителей. Безотлагательно забирают иждивенцев в случае возникновения опасности для их жизни и здоровья. А также если отец и мать:

  • не проживают больше 6 месяцев с детьми без уважительной причины;
  • официально признаны недееспособными;
  • пропали без вести.

Если ребенка не забрали

Не факт, что ребенка заберут сразу после визита, органы опеки и попечительства могут вынести предупреждение. Эти меры дают возможность устранить замечания и воспитанию малолетних.

Сегодня довольно часто возникают житейские затруднения, которые преодолеть самостоятельно не получается. На такой случай, одним из вариантов решения возникших проблем может быть обращение в центры помощи семьям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации.

Социальная сеть помощи населению оказывает различную поддержку каждому нуждающемуся жителю РФ.

Правовые последствия

В течение семи дней с момента изъятия малолетних государственный представитель подает прошение о лишении родительских прав в суд. В это время малышей помещают в специальных учреждениях для детей. До суда общение с близкими допускается, только в случае, если встречи не ухудшают физическое и психологическое состояние деток.

Если прошение истца будут удовлетворены, ответчик может попытаться восстановить материнство, если реабилитируется до наступления совершеннолетия отпрыска.

В такой ситуации сироты до достижения 18 летнего возраста остаются в детском доме или их могут усыновить другие родственники или же иные граждане в законном порядке.

Лишенные родительских прав отец или мать обязаны платить алименты на содержание ребенка.

Законодательное регулирование

  • Правовые отношения в семье регулирует, в основном, гражданский кодекс Российской Федерации.
  • Органы опеки и попечительства действуют, основываясь на ряде законодательных актов, например СК РФ, начиная с двенадцатой главы:
  • Статья 69. Лишение родительских прав;
  • Статья 70. Порядок лишения родительских прав;
  • Статья 77. Отобрание ребенка при непосредственной угрозе жизни или его здоровью.
  • ФЗ N 120 «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»;
  • ФЗ N 124 «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации»;
  • ФЗ N 159 «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей, оставшихся без попечения родителей», и т.д.

Самый маленький житель нашей страны наиболее уязвим. Очень важно не оставаться безразличными к негативному обращению с подрастающим поколениям. Даже если это не Ваше чадо, но будучи очевидцем грубых нарушений, моральный долг каждого добропорядочного человека защитить детство маленького человечка.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/opekarf/za-chto-mogut-zabrat-rebenka-organy-opeki-prichiny-poriadok-posledstviia-5cd9c5fa0de4a600b3dadc58

Решения об изъятии детей начнут штамповать пачками, а родители совершенно лишатся возможности защищать свои семьи в судах – таковыми, по мнению экспертов, опрошенных Царьградом, могут стать итоги принятия нового закона по корректировке ГПК, Семейного кодекса и закона “О полиции” в части отобрания несовершеннолетних у родителей, который был внесён в Госдуму несколько дней назад.

Выдернуть из семьи могут любого ребёнка – под надуманным предлогом

В том, что необходимо менять действующее законодательство, которое наделяет органы опеки невероятными полномочиями по разрушительным действиям в отношении семей, сомнений нет, пожалуй, ни у кого – из здравомыслящих, разумеется, людей.

Представьте себе: сейчас, как рассказала Царьграду юрист и эксперт Общественного уполномоченного по защите семьи Анна Швабауэр, происходит до трёхсот тысяч изъятий детей в год. Таковы данные официальной статистики. При этом в основном отбирают по федеральному закону №120-ФЗ “О профилактике безнадзорности”.

“И десятая часть – в порядке ст. 77 Семейного кодекса, которую пытаются “починить” авторы законопроекта. Иначе говоря, они не решают проблему, а только усугубляют её”, – полагает Швабауэр.

На самом деле, по её словам, тем самым фактически расширяется спектр деятельности соответствующих структур по вмешательству в семьи – безосновательно. Причём так называемый административный порядок никуда не исчез.

Зато добавился судебный, который на практике, по всей видимости, окажется ещё более необратимым.

По проекту, при установлении непосредственной угрозы орган опеки проверяет информацию и обращается в суд, который должен в течение 24 часов принять решение – согласиться или отказать.

Но не прописано, как проверяется информация. Может, получается это сделать и дистанционно – не выезжая на место, поверить на слово.

Нигде ведь не указано, что они должны выехать на место, провести опросы, собрать доказательства и так далее,

– объясняет эксперт.

Но и понятие “непосредственная угроза жизни и здоровью” трактуется тоже зачастую вольно, что хорошо знакомо из практики: бытовые трудности, отсутствие каких-нибудь продуктов и т. п., а значит – вновь в деле субъективные оценки опеки.

“Приведу пример из практики. Мамочка приехала из роддома домой с четвёртым ребёнком. К ней пришли социальные службы: семья многодетная, стеснённые условия, мама с ребёнком спит на матрасе на полу.

И сказали: “Ваш малыш подвергается угрозе, поскольку он спит таким образом, на него могут наступить – вплоть до смерти”. Написали в документах, что были основания полагать угрозу жизни несовершеннолетнему.

Отобрали”, – рассказывает Анна Швабауэр.

По звонку любого, кто решит, скажем, свести счёты, орган опеки или полиция могут подать сразу заявление – без всяких доказательств.

Резиновые формулировки” позволяют крутить законом и так, и эдак

“Абсолютно “резиновые” формулировки. “Ненадлежащее исполнение” – что это такое? “Угроза жизни и здоровью” – это как? “Смерть может наступить” – то же самое.

В последние годы у нас сложилась преступная практика, когда вместо того, чтобы заниматься вот этими моментами, органы опеки действуют по методичкам, которые пишут известно кто, и мы наблюдаем, что увеличилось количество отобранных детей”, – согласна с ней координатор компаний CitizenGo в России Александра Машкова-Благих.

Эти самые “методические указания” – штука просто потрясающая. Она диктует, что считать “группами риска”, и на них, следовательно, и надо обращать пристальное внимание и реагировать.

А в списке, для понимания, значатся и многодетные (особенно это любопытно на фоне слов президента о том, что семья с тремя детьми должна стать нормой), многоколенные (живут молодые вместе с бабушками и дедушками? Риск!), малообеспеченные, при межнациональном браке.

Ну о чём можно тут говорить? Если связь поколений в одной квартире или – в нашей-то стране! – супруги разных национальностей оцениваются как риск! Или если ребёнок не посещает дополнительные кружки и секции (пример: маленькое село, где только секция волейбола, например, а ребёнок не хочет заниматься именно этим видом спорта). А формирование подобных методичек происходит в закрытом режиме, среди разработчиков таких злостных проектов – организации, которые зарабатывают на изъятии детей: те, что непосредственно оказывают услуги “неблагополучным” семьям,

– уточняет Машкова-Благих.

Параллельно, отмечает она, возникла другая инициатива – об “адвокатах для детей”: тех, которые будут решать, что в интересах ребёнка, а что нет: ещё одна зарубежная практика, где, как правило, такие юристы тесно связаны с опеками.

“Я такого уровня цинизма давно не видела: если раньше они выходили с лозунгами “за права ребёнка”, то теперь – “за защиту семей и традиционных ценностей”, это что-то запредельное”, – констатирует она. 

Жёстче, чем раньше

Член Общественной палаты России Павел Пожигайло, который сейчас выступает ответственным по подготовке отзыва на проект закона от комиссии по демографической политике ОП, тоже в свою очередь говорит о его ювенальном характере.

“Это никакая не защита детей, а способ их отбора, причём в ещё более жёсткой трактовке, чем ранее, – уверен Пожигайло. – Соответственно, мы просим, чтобы авторы доказали его состоятельность: чего не хватает в действующем законодательстве, что надо придумывать этот закон?”

Есть несколько моментов, которые обращают на себя внимание.

Нам говорят, что теперь с произволом опеки мы будем бороться с помощью суда. Хорошо. Но если прежде при несправедливом решении опеки, когда это выявилось, получился резонанс, можно было, по крайней мере, изменить его относительно легко, а ситуацию – соответственно, исправить, то теперь, когда решение принимает суд, даже формальная процедура обжалования может длиться полгода!

– аргументирует свою позицию общественный деятель.

Чтобы представить, как будет работать система в новых условиях, достаточно смоделировать простую ситуацию.

Допустим, если претензии органов опеки возникли к семье, которая живёт не в районном центре, а в отдалённом селе, и им нужно ездить каждый раз на заседания.

Более того, они и адвоката-то нанять не успеют, учитывая, сколько времени отводится на принятие решение судом: как это возможно сделать всего за сутки? Или не смогут, потому что у них не хватит денег.

“А где состязательность процесса? – задаётся следующим вопросом Павел Пожигайло. – С одной стороны, шокированные происходящим родители, которые толком ничего сообразить не могут (если они вообще успели попасть на заседание), а с другой – подготовленные в таких делах, опытные сотрудники опеки. Никаких шансов у семьи просто не будет”.

Не забывайте про коррупционную составляющую”

Западная практика, модель которой пытаются теперь внедрить в нашей стране, показывает, по его словам, что суды принимают решения чаще всего в пользу органов опеки: просто штампуют одно за другим, и всё, не особо разбираясь.

И логика судьи здесь очевидна.

Ведь, если он соглашается забрать ребёнка, риски для него минимальные. А в случае, когда не согласился, могут возникнут вопросы в дальнейшем. Не дай Бог, что-то с ним случится через какое-то время, с него спросят: почему не отреагировали на сигналы?

Следовательно, ему проще подстраховаться.

Кроме того, у специалистов есть опасения, что при такой штамповке активизируется коррупционная составляющая изъятия несовершеннолетних: речь идёт о так называемом “чёрном рынке”, на котором идёт буквально охота за детьми (чтобы передавать их в приёмные семьи).

У нас есть предложение переориентировать детских омбудсменов с защиты прав ребёнка на защиту прав именно семьи. Сегодня этого нет! Получается, пришли, в течение дня отобрали, и какие шансы отстоять свою правоту? Никаких! В этот момент – лишение родительских прав и всё,

– отмечает член ОП России.

Он опасается, что принятием закона в предложенной сейчас редакции мы не решим задачу внесённых в Конституцию поправок, а только создадим механизм разрушения семьи, не пытаясь к тому же бороться с причинами.

“Вот, допустим, известно ведь, что во многих случаях проблемы возникают в семьях, где есть злоупотребление алкоголем, так? Ну давайте же тогда решим прежде законодательно вопрос о принудительном лечении, возродим ЛТП – это уже длительное время обсуждается. Ведь всё-таки алкоголизм – это не приговор, это излечивается”, – уточняет Пожигайло.

Комментариев на реакцию экспертов со стороны разработчиков законопроекта пока нет. А её, реакцию то бишь, действительно хотелось бы увидеть: как бы то ни было, речь идёт о сотнях и тысячах маленьких жизней и судеб целых семей.

Раз вопросы возникли, они требуют ответа.

И правы, пожалуй, все специалисты, оценку которых на законопроект выслушал Царьград: совершенно точно необходимо широкое общественное обсуждение этой законодательной инициативы.

Источник: https://tsargrad.tv/articles/lovushka-dlja-semej-zakonoproekt-ob-izjatii-detej-chto-s-nim-ne-tak_266793

Детей доверят судьям

Изъятие ребенка из семьи закон

Изымать детей из семей в случае угрозы жизни и здоровью только по решению суда, который должен вынести свой вердикт в течение 24 часов, предлагается во внесенном в Госдуму законопроекте.

Авторы документа ссылаются на аналогичную норму в законодательстве РСФСР 1969 года, указывая при этом, что порядок отобрания разработан с учетом новых норм Конституции России. Опрошенные “Ъ” эксперты в целом одобряют инициативу, однако указывают на необходимость широкого общественного обсуждения документа и на ряд не до конца ясных моментов.

В частности, в законопроекте нет критериев для определения необходимости немедленного изъятия, которое допускается в документе в исключительных случаях.

Законопроект, который вносит изменения в Гражданский кодекс, Семейный кодекс и закон «О полиции», разработали депутат Госдумы Павел Крашенинников и сенатор Андрей Клишас.

Они объясняют инициативу новыми положениями Конституции (авторы возглавляют рабочую группу по подготовке изменений): «В силу п. 4 ст. 67.

1 дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России… Реализация указанных конституционных положений требует от законодателя максимально эффективных механизмов охраны прав и интересов ребенка, а также обеспечения для него возможности жить и воспитываться в семье».

Отобрание ребенка предлагается производить только «при непосредственной угрозе его жизни и здоровью по общему правилу на основании решения районного суда, выносимого в порядке особого производства».

Суд должен будет рассматривать вопрос в течение 24 часов с момента поступления заявления от органов опеки или полиции.

При этом «в исключительных случаях, при наличии оснований полагать, что смерть ребенка может наступить в течение нескольких часов, орган опеки при участии прокурора и органов внутренних дел может изъять ребенка, составив акт с указанием обстоятельств, свидетельствующих о непосредственной угрозе жизни».

Авторы поясняют, что сейчас административный порядок отобрания ребенка при угрозе его жизни и здоровью закреплен в ст.

 77 Семейного кодекса, его производят органы опеки на основании акта органа исполнительной власти субъекта РФ: «Вместе с тем многолетняя практика свидетельствует о произвольном вмешательстве органов власти в дела семьи, от чего страдают как дети, так и родители (усыновители, опекуны)».

Господа Крашенинников и Клишас полагают, что «требуемый уровень правовой защиты интересов частных лиц способна обеспечить лишь судебная форма юрисдикционной защиты», и указывают, что Кодекс о браке и семье РСФСР 1969 года содержал правило об отобрании ребенка именно на основании решения суда.

Напомним, изъятие детей сотрудниками органов опеки или полицейскими неоднократно вызывало общественный резонанс. В 2015 году в больнице Санкт-Петербурга умер пятимесячный Умарали Назаров, которого забрали от матери из квартиры, в которой проживали мигранты из Таджикистана.

В том же году в больнице Новороссийска погиб трехмесячный Родион Тонких — одним из поводов для отобрания младенца стало недостаточное, по мнению сотрудников опеки, количество продуктов в холодильнике.

В сообщении, которое распространила пресс-служба господина Крашенинникова, указывается, что причиной для вмешательства соцслужбы может быть нехватка игрушек, громкий плач, отсутствие отдельной комнаты у ребенка: «Произвольное вмешательство органов опеки и попечительства в дела семьи… иногда не имеют под собой не только реальной угрозы жизни или здоровью ребенка, но и связано с нежеланием оказать социальную поддержку».

Президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская полагает, что «сама идея о введении судебного подтверждения отобрания однозначно хороша», однако «нужно все продумать процедурно»: «Можно легко предположить, что по сложным историям, в которых суды не смогут разобраться за короткий срок, решения будут выноситься автоматически. То есть процедура может стать формальной: опека запрашивает, суд подтверждает». Среди положительных моментов законопроекта эксперт отметила указание необходимости присутствия на судебном процессе семьи ребенка, но предположила, что «за 24 часа семья может быть не уведомлена или же не будет достаточно трезва, чтобы добраться до суда».

Говоря о срочном отобрании детей при угрозе жизни, госпожа Альшанская отметила, что «невозможно на глазок сотрудникам опеки или полиции определить, умрет ли ребенок в течение нескольких часов»: «Я бы сильно подумала над адекватностью этой формулировки».

Она также отметила, что необходима процедура временного перемещения ребенка, например, к родственникам или друзьям семьи: «Сейчас нет процедуры срочной передачи доверенным лицам, а также нет механизмов дальнейшей работы с семьей».

«Хотелось бы, чтобы эту историю продумали и обсудили, в результате чего у нас появилась бы профессиональная система защиты детей»,— сказала Елена Альшанская, добавив, что ей неизвестно, с какими общественными организациями консультировались авторы проекта.

Адвокат, экс-омбудсмен Павел Астахов в разговоре с “Ъ” также поддержал законопроект: «Все внесудебные процедуры ведут к злоупотреблению, субъективизм играет в этих вопросах всегда пагубную роль».

«В законе должны быть прописаны все критерии и основания для срочных мер,— сказал он.

— Я, прежде всего, выносил бы документ на обсуждение родительской общественности и проводил обсуждение во всех общественных палатах».

Валерия Мишина

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/4414960

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.